(Manta Bancroft, 1829) Род МАНТЫ, МОРСКИЕ ДЬЯВОЛЫ 2 вида

Информация из Интернета  

         Новый род впервые описал в 1829 году английский учёный Эдвард Бэнкрофт (Эдвард Натаниэль Бэнкрофт — Edward Nathaniel Bancroft, 1772 — 1842, английский врач, ботаник и зоолог, известный своими работами по желтой лихорадке, в 1794 году получил степень бакалавра медицины в колледже Св. Иоанна в Кембридже, в 1795 году в качестве военного врача служил на Наветренных островах, в Португалии, на Средиземном море, в 1801 году в Египте, с 1811 года переехал жить на Ямайку, как и многие морские врачи своего времени, доктор Бэнкрофт был натуралистом, название рода Manta было впервые опубликовано в его статье 1829 года «О рыбе, известной на Ямайке как морской дьявол», так же он является автором описания трех новых видов рыб, в его честь назван один вид рыб). [Bancroft, Edward Nathaniel. On the fish known in Jamaica as the sea-devil by E.N. Bancroft. — London: W. Phillips, 1829. — P. 444—457.]
         Происхождение названия рода Manta имеет несколько версий. По одним данным, словом «манта» в португальском и испанском языках называлась сеть, которой традиционно ловили скатов. Оно происходит от латинского слова mantellum — «плащ», «накидка». По другим данным, с испанского слово «манта» переводится как «одеяло», как сообщается, это название, используется ныряльщиками за жемчугом между Панамой (Panama) и Гуаякилем (Guayaquil) для обозначения огромной рыбы, которую они боялись, которая может съесть их, обернув своими огромными «крыльями». По третьим данным, в некоторых ранних источниках этот скат назывался manatia, это может быть коренным именем, позднее сокращенным до manta. Кроме того, в просторечии мант зовут морскими дьяволами из-за двух лопастей на рыле, придающих им зловещий вид.
         Таксономическая история рода Manta наиболее запутана среди когда-либо живших хрящевых рыб. За два столетия было предложено 10 родовых имён, например Ceratoptera, Brachioptilon, Daemomanta и Diabolicthys, и 25 видовых синонимов, в том числе vampyrus, americana, johnii and hamiltoni. В конечном итоге последние стали рассматриваться как синонимы гигантского морского дьявола. Как упоминалось выше, впервые родовое название Manta было употреблено в 1829 году английским доктором Эдвардом Бэнкрофтом, который жил и работал в это время на Ямайке. Иногда мант по внешнему виду путают с мобулами.
         До 2009 года род считался монотипическим, с 2009 года к нему относят два вида: Manta birostris (Walbaum, 1792) — Гигантский морской дьявол, или Манта и Manta alfredi (Krefft, 1868) — Манта Альфреда.
         Разделение видов проведено на основании следующих показателей: форма и расположение пятен на дисках, окраска рта и вентральной поверхности диска, ряд морфометрических и меристических характеристик, форма и расположение зубов, размер при созревании, общие размеры.
         Было обнаружено лишь несколько окаменелых скелетов этих скатов, хотя ископаемые зубы попадаются чаще. Скелетные хрящи плохо сохраняются из-за недостаточной кальцификации. Известны олигоценовые находки мант из Южной Каролины (США), миоценовые из Коста-Рики, Японии и Северной Каролины и плиоценовые из Северной Каролины. Из этого штата описаны останки вымершего вида † Manta hynei. В формации Чандлер Бридж в Южной Каролине были обнаружены зубы ещё одного вида, изначально описанные как Manta fragilis, но позднее выделенные в новый род и названные † Paramobula fragilis.
         Мант и мобул относят к подсемейству Mobulinae. Они произошли от донных хвостоколов, у которых развились крыловидные грудные плавники. Хотя у большинства скатов рот расположен на брюшной стороне диска, у мант он находится в передней части рыла. Манты и мобулы — единственные скаты-фильтровальщики.
         Манты широко распространены в тропических, субтропических и умеренных водах Тихого, Атлантического и Индийского океанов между 35° северной широты и 35° южной широты. Они предпочитают температуру воды выше 20 °C. Manta alfredi встречается преимущественно в тропиках. В Северном полушарии их ареал доходит до Южной Калифорнии, изредка они попадаются у берегов Нью-Джерси и Сан-Диего; эти скаты распространены в Аденском заливе, Бенгальском заливе, Красном море, в северо-западной части Тихого океана вплоть до Японии. В Южном полушарии они встречаются у побережья Перу, Уругвая, ЮАР и Новой Зеландии.
         Оба вида мант ведут пелагический образ жизни. Совершают длительные миграции, ныряют на глубину до 1000 м. Весной и осенью они держатся в прибрежных водах, а зимой уплывают в открытое море. Днём они чаще остаются у поверхности воды на мелководье, а ночью уходят вглубь.
         Огромные грудные плавники мант вместе с головой образуют диск ромбовидной формы. Ширина диска у крупных особей достигает 9 м, максимальный зарегистрированный вес 3 тонны. Представители этого подсемейства являются единственными позвоночными животными, имеющими три пары функционирующих конечностей. Передняя часть их грудных плавников преобразована в так называемые головные плавники. Длина головных плавников в 2 раза превышает ширину их основания. У мант очень широкий рот, который находится на фронтальном крае головы, а не на вентральной поверхности диска. Подобное строение отличает мант от других представителей подсемейства, в том числе мобул, с которыми манты очень похожи. Глаза и рудиментарные брызгальца расположены по бокам головы, а жаберные щели (по пять с каждой стороны) — на нижней стороне головы. У основания хвоста есть маленький спинной плавник. Зубы нижней челюсти расположены рядами. Количество рядов снижается с 18 в центре до 12—14 в углах рта. Хвост лишён скелетной поддержки, он короче диска. В отличие от мобул у мант шип на хвосте отсутствует.
         Дорсальная поверхность диска тёмно-серая, тёмно-коричневая или чёрная, вентральная — светлая. Ярко-белые пятна в верхней части дорсальной поверхности диска имеют форму крюка. Передний край этих пятен параллелен ротовому отверстию. Чёрные точки или отметины между жаберными щелями отсутствуют. По краю брюшной поверхности пролегает широкая тёмно-серая окантовка. Область рта окрашена в тёмно-серый или чёрный цвет. Некоторые особи почти целиком чёрные, за исключением ярко-белого пятна на нижней стороне диска. В начале хвоста имеется небольшой гребень. Кожа покрыта слизью, защищающей её от инфекции. Каждая особь имеет уникальную окраску тела, что позволяет идентифицировать её по фотографиям, которые хранятся в специальной базе данных. По обеим поверхностям диска разбросаны бугорки конической или гребневидной формы.

         Манты плавают, взмахивая грудными плавниками, как крыльями. В открытом море они двигаются с постоянной скоростью по прямой, а у берега часто греются на поверхности воды или лениво кружат. Встречаются как по одиночке, так и группами, насчитывающими до 50 особей. Их часто сопровождают другие рыбы, а также морские птицы и млекопитающие. Иногда манты полностью или частично выпрыгивают из воды. Случается, что подобные прыжки приобретают групповой характер, когда скаты по-очереди взмывают над поверхностью океана. Согласно наблюдениям манты совершают 3 типа прыжков: входя в воду головой, хвостом или прокручивая полное сальто. Причины подобного поведения неизвестны: возможно, оно связано с брачным ритуалом, процессом родов или коммуникацией. Возможно, таким способом манты стараются избавиться от паразитов и рыб-прилипал.
         В отличие от большинства скатов у мант брызгальца развиты плохо, поэтому им приходится постоянно двигаться, чтобы прокачивать воду, насыщенную кислородом, через жабры.
         По типу питания манты являются фильтраторами. Фильтрующий механизм представляет собой губчатые пластинки розовато-коричневого цвета, расположенные между жаберными дугами. Основу рациона составляет зоопланктон и личинки рыб. Манты могут питаться мелкими рыбами. В поисках пищи они преодолевают огромные расстояния, постоянно следуя за перемещением планктона. Они находят пищу полагаясь на зрение и обоняние. Вес пищи, съедаемой еженедельно одной мантой, составляет примерно 13 % от её собственного веса. Кормясь, манты медленно плавают вокруг своей добычи, уплотняя её в ком, а затем ускоряются и проплывают с открытым ртом через скопление организмов. Если добычи много, манты могут начать кувыркаться. Головные плавники, обычно свёрнутые по спирали в трубочку, во время кормления разворачиваются. Ими скаты направляют пищу в рот. Иногда в местах скопления планктона собираются до 50 особей. При наличии исключительно большой концентрации пищи манты способны, подобно акулам, впадать в пищевое безумие.
         В свою очередь манты могут стать добычей крупных акул и косаток. На их телах находят следы нападений светящихся чёрных акул. На мантах паразитируют веслоногие рачки Anthosoma crassum, Entepherus laminipes и Eudactylina diabolophila.
         Чтобы избавиться от внешних паразитов манты приплывают в места обитания чистильщиков — рыб и креветок. В водах Гавайских островов эту роль выполняют губановые, а у побережья Мозамбика ротовую полость мант чистят абудефдуфы Abudefduf saxatilis, тогда как рыбы-бабочки обрабатывают раны. Manta alfredi посещают места скопления чистильщиков чаще, чем Manta birostris. Некоторые особи неоднократно возвращаются в одни и те же места кормления и чистки, вероятно, у них формируется когнитивная карта местности.
         У мант один из наибольших показателей соотношения между весом мозга и тела среди рыб. Их мозг окружён сетью кровеносных сосудов (rete mirabile), обеспечивающей тепло. Manta alfredi способны опускаться на глубину до 400 м, тогда как их ближайшие родственники Mobula tarapacana, чей мозг оснащён подобной структурой, ныряют на 2000 м. Возможно, rete mirabile предотвращает мозг рыб от переохлаждения во время погружения на такие глубины с поверхности воды.
         Подобно прочим хвостоколообразным манты размножаются яйцеживорождением. Оплодотворение внутреннее. Срок начала брачного сезона зависит от места обитания. Вероятно, сигналом к спариванию служит полнолуние. Самец следует вплотную за самкой, плывущей со скоростью около 10 км/ч. Он предпринимает несколько попыток схватить её ртом за грудной плавник. Эта фаза ухаживания может длится 20—30 минут. Поймав самку, самец переворачивает её, прижимается брюхом к вентральной поверхности диска и вставляет в клоаку один из своих птеригоподиев. Эта фаза длится 60—90 секунд. Птеригоподий образует трубку, через которую сперма из половых сосочков с помощью сифона загоняется в яйцевод. Самец и самка ещё несколько минут продолжают плавать вместе, сопровождаемые другими самцами, численность которых достигает 20. Затем пара разделяется. В ходе спаривания самцы почти всегда прихватывают самок за левый грудной плавник, на котором часто можно найти следы от их зубов.
         Одну самку могут оплодотворить один или два самца. Самка вынашивает яйца внутри своего тела, вылупление внутреннее. Первоначально эмбрион питается за счёт запасов желточного мешка, а после вылупления получает дополнительное питание от материнского организма путём непрямой абсорбции маточного молочка, богатого слизью, жирами и белками. Плацентарная связь отсутствует. Эмбрионы снабжаются кислородом за счёт щёчной накачки. Развитие продолжается около 12—13 месяцев. В помёте 1, реже 2 новорождённых, которые являются уменьшенной копией взрослых мант и не нуждаются в опеке. В дикой природе между родами наблюдается двухгодичный интервал, однако некоторые особи приносят потомство ежегодно, демонстрируя годичный цикл овуляции. В океанариуме Тюрауми удалось получить потомство от самки Manta alfredi, которая успешно рожала в течение 3 лет. Одна из беременностей длилась 372 дня, на свет появилась манта с диском шириной 192 см, весом 70 кг. Манты достигают половой зрелости при ширине диска от 2,5 до 4 м в зависимости от вида и пола. Самки становятся половозрелыми в возрасте около 8—10 лет. Продолжительность жизни оценивается в 50 лет.
         Изображения мант часто встречаются в искусстве носителей культуры моче (побережье Перу, I тысячелетие н. э.), поклонявшихся морю и его обитателям. Эти скаты не представляют опасности для человека. Ранее верили, что манты могут напасть на ныряльщика, «обнять» сверху своими плавниками-крыльями и раздавить насмерть; также существовали поверья, будто скат способен проглотить человека. Рыбаки считали, что манты поедают пойманную в сети рыбу, а также могут потопить судно, потянув за якорь. В 1978 году в Калифорнийском заливе аквалангисты впервые плавали в естественных условиях с этими миролюбивыми животными и убедились в том, что с ними можно безопасно общаться под водой. Нескольким аквалангистам удалось сфотографироваться с мантами, в их числе был автор нашумевшего романа «Челюсти» Питер Бенчли.
         Манты страдают от перелова. Из-за большой продолжительности жизни и низкого уровня воспроизводства чрезмерный вылов может значительно сократить численность местных популяций, а вероятность пополнения извне крайне мала. Манты являются объектом как коммерческого, так и кустарного рыбного промысла. В некоторых странах мясо употребляют в пищу, но из-за низких вкусовых качеств оно ценится невысоко. Добыча ведётся с помощью сетей, тралов и гарпунов. Когда-то в Австралии и Калифорнии мант ловили ради жира печени и шкуры, последняя служила в качестве абразивного материала. Хрящевые жаберные тычинки этих рыб используют в китайской медицине. Чтобы удовлетворить возросший спрос на жабры, в водах Филиппин, Индонезии, Мозамбика, Мадагаскара, Индии, Шри-Ланки, Пакистана, Бразилии и Танзании был начат целевой промысел. Ежегодно ловят тысячи мант, в основном Manta birostris. Исследования рыболовной отрасли в Шри-Ланке показали, что на рынке этой страны каждый год продаются свыше 1000 мант; для сравнения: численность наибольших локальных популяций не превышает этого значения. Целевой промысел, ведущийся в Калифорнийском заливе, у западного побережья Мексики, в водах Индии, Шри-Ланки, Индонезии и Филиппин, вызвал существенное снижение поголовья этих скатов.
         Кроме того, мантам угрожает ещё одна опасность, связанная с деятельностью человека. Поскольку эти рыбы должны находиться в постоянном движении, чтобы дышать, они быстро гибнут от удушья, запутавшись в сетях, леске и даже свободных швартовых концах. Они не способны плавать задом наперёд, чтобы освободиться, а их головные выросты делают их ещё более уязвимыми. Зацепившись, они иногда начинают кувыркаться, чем запутываются ещё сильнее. Леска может обернуться вокруг их плавников и нанести серьёзные повреждения. В качестве прилова они попадаются в жаберные сети. Иногда манты получают ранения от столкновения с лодками, особенно в местах скопления этих скатов, где за ними легко наблюдать. Другими угрожающими существованию вида факторами являются изменение климата, туризм, загрязнение окружающей среды, вызванное разливом нефти и заглатывание микропластика.
         В 2009 году манты были включены в Боннскую конвенцию и приобрели в международных водах статус охраняемого вида. Международный союз охраны природы присвоил обоим видам, принадлежащим к роду мант, охранный статус «Уязвимый». В Великобритании действует благотворительная организация «Manta Trust», которая занимается исследованиями биологии этого рода и предпринимает усилия по его сохранению.
         Помимо международных инициатив, некоторые страны предпринимают дополнительные меры для сохранения мант. В Новой Зеландии их лов запрещён с 1953 года. В июне 1995 года на Мальдивских островах был введён запрет на экспорт сувенирной и прочей продукции из скатов, а в 2009 году две акватории этой страны были объявлены морскими заповедниками. На Филиппинах попытка запретить добычу мант в 1998 году потерпела неудачу, и в следующем 1999 году под давлением местных рыбаков промысел был возобновлён, однако на основании исследования рыбного рынка в 2002 году запрет снова вступил в силу. С 2007 года законодательно запрещены поимка и убийство мант в водах Мексики; этот закон соблюдался не очень строго, но в настоящее время его действие ужесточено в районе Хольбош — острова, расположенного рядом с полуостровом Юкатан, где процветает экотуризм.
         В 2009 году Гавайи стали первым американским штатом, в котором промысел мант был запрещён. Ранее целевая добыча здесь не велась, однако через гавайские воды проходит миграционных путь мант. В 2010 году в Эквадоре принят закон, запрещающий любой промысел (целевой или в качестве прилова) и дальнейшая продажа всех видов скатов.
         Из-за очень большого размера содержание мант в неволе могут позволить себе только самые крупные океанариумы. В начале XXI века во всём мире было пять океанариумов, где экспонировались манты: океанариум Джорджии; океанариум на острове Окинава (Япония); аквариум «Атлантис» на Багамских островах; океанариумы в Валенсии (Испания), и в Лиссабоне (2002—2007).
         В 2007 году неподалёку от Дурбана (ЮАР) одна манта, названная впоследствии Нанди, попалась в противоакулью сеть. Её отправили на реабилитацию в океанариум uShaka Marine World, а затем, в августе 2008 года, в более крупный аквариум «Джорджия», где она демонстрировалась в огромном водном резервуаре объёмом 23 848 м3 «Ocean Voyager». В сентябре 2009 к ней присоединилась вторая манта, а в 2010 году коллекция пополнилась третьим экземпляром. В океанариуме «Атлантис» манта по кличке Зевс в течение 3 лет была объектом исследований, а в 2008 году её выпустили на волю. В океанариуме «Тюрауми» (Япония) мант содержат в крупнейшем в мире резервуаре «Kuroshio Sea». Там в 2007 году впервые от манты было получено потомство в условиях неволи; хотя новорождённый не выжил, впоследствии в этом океанариуме успешно появились на свет ещё 3 манты.
         Места скопления мант привлекают туристов, что может приносить неплохой доход. Подобные аттракционы существуют на Багамских и Каймановых островах, в Испании, на Фиджи, в Таиланде, Индонезии, Западной Австралии, на Гавайях и Мальдивах. Манты популярны благодаря своему гигантскому размеру и тем факторам, что они безопасны, легкодоступны и быстро привыкают к людям. Аквалангисты могут наблюдать за ними на рифах во время чистки от паразитов, а в ходе ночных погружений манты приплывают на свет, который, в свою очередь, привлекает планктон.
         Экотуризм выгоден как местным жителям, так и животным, поскольку в процессе наблюдений люди больше узнают о них и учатся вести себя так, чтобы не причинять им вреда. Кроме того, часть вырученных средств может пойти на исследования и меры по сохранению мант. C другой стороны, постоянные нерегулируемые контакты с туристами могут нарушить экологические отношения и увеличивают риск передачи болезней между рыбами. На Бора-Бора массовый приток купальщиков, лодок и водных мотоциклов стал причиной ухода мант. В 2014 году в Индонезии был введён запрет на экспорт мяса мант, поскольку экотуризм был признан экономически более выгодным по сравнению с рыболовным промыслом: мёртвый скат стоит от 40 до 500 долларов, тогда как доход от посещения туристов может принести в течение жизни одной манты до 1 миллиона долларов. Площадь водной территории Индонезии составляет 2,2 млн км2, которая теперь стала крупнейшим в мире заповедником мант.